Выставка Алексея Орловского «ЧАЙКОФЕ»

С 24 апреля по 10 мая в арт-галерее «Дача» пройдет выставка
Алексея Орловского «ЧАЙКОФЕ»

.
chaikofe

Алексей Орловский работает в самых разных техниках. Делает гравюры на фанере и сухой иглой, шелкографии, литографии; занимается фотографией; пишет живописные картины. И на этом множестве пластических языков он рассказывает по сути, одну историю, оставаясь в кругу одних и тех же повторяющихся из листа в лист знаковых ориентиров.
Можно сказать совсем просто – имея в виду самый верхний уровень этого совокупного текста – что он рассказывает о себе. Такая вот биография в воспоминаниях: летний отдых в Гурзуфе, московская коммунальная квартира с точным адресом, навсегда живые и молодые родители; даже пристрастия к образам чая, кажется, мотивированно местоположением квартиры напротив знаменитого чайного магазина на Кировской. Постоянная метафорика «входа и выхода» читается в связи с установлением границ выстраиваемого личного пространства; мотив вырезанных «сердечек», сквозь которые можно заглянуть в гипотетическую глубину, содержит намек на некое усилие любви – и то, что сердечки эти на самом деле оформляют двери деревенских сортиров, никак не препятствует «высокой» интерпретации: возможно ли в нынешнем мире любовь без иронии? Почтовые ящики в системе такой интерпретации тоже выглядят своего рода символами устанавливаемой связи времен – словно бы именно из этих коммуникативных вместилищ были извлечены чьи то слова и чьи то фотографии, из которых будет потом выстроено новое целое.

.ФБ Орловский

Точнее, из их фрагментов. Образ возникает как результат комбинаторики элементов разнорядных, но равнозначимых – здесь смешаны визуальные впечатления с тактильными, и слово о вещи (ярлык, реклама, буквенное обозначение) равно самой вещи: с чем больше ассоциируется, например, южная ночь – с реальной памятью о Крыме или с одноименной конфетой? По сути, автор собирает «паззл» – подгоняя к друг другу бытийные «манки» и осколки, проявляя особенную чуткость к маркировке границ и проигрыванию всех возможных вариаций существования одного и того же мотива – в разных цветовых регистрах, в поворотах формы и видоизменениях фактуры. Не только графика идет сериями, но и холсты складываются в триптихи и полиптихи. Размах крыльев почтовой чайки (замена голубю?) распространяется с одной картины на другую; перспективы пространств коммунальной квартиры, будучи сопоставлены в пределах единого живописного «складня», создают впечатления сложной, почти бесконечной протяженности и глубины. И точно также «работает» плотность «культурного слоя» гравюр: количество прогонов, подложек, погребенных в палимпсесте вариантов использованных изображений обретает какие-то повествовательные обертона – едва ли не физически ощутимыми делаются длительность этой жизни и этой «истории» и весомость всего того, что в нее вошло и в ней скрылось. Некоторые работы Орловского кажутся абстрактными, но на самом деле в них всегда есть конкретная предметная отсылка – если даже это предметное ядро оказывается принципиально неузнаваемым, затерянным в фактурной ряби. Но форма даже в самых предельных состояниях стремится к гармонии, а сюжеты тяготеют к центростремительному ядру. Дом и мир строятся из привычных предметов, методом их перечисления и заклинательного повторения – записка на бумажном обрывке, джезва, чашка, неизменно голубой цвет (или свет) кухонной стены.
При всех реконструктивных коннотациях данного художественного проекта он совершенно лишен не только сентименталистских, но и просто камерных оттенков. Очень активная, даже экспансивная пластическая подача; интенсивный цвет – иногда почти «кислотный», вызывающий, кричащий. Алексей Орловский использует акриловые и типографские краски, не боясь «попсового» звука и виртуозно аранжируя самые оглушительные «шумы». Похоже, что художник воздвигает частное пространство своего искусства, вовсе не пытаясь изолировать его от посторонних фоновых помех, но, напротив, включая и их в единое поле смысла. Внешняя среда своим тотальным напором как бы провоцирует автора на столь же тотальное красочное сопротивление, на экстравертные выплески формы. Потому что «свое» не может не заражаться импульсами «чужого» – ведь реально существует уже деконструированный, уже утерявший иерархию мир, и именно с ним в конечном счете предстоит иметь дело. И методика лирического присвоения внешних, вполне поп-артистских мотивов как-то связывается с тактильным переживанием материала и процесса работы, с тем духом высокого ремесла, которым в данной художественной системе корректируются ее общеконцептуальные приоритеты.
Дело в том, что оппозиция «свое»–«чужое» являет себя не только, так сказать, на тематическом уровне – в выборе того, что попадает в «кадр», и что, напротив, остается за кадром. Гораздо существеннее то, что любой современный художник, склонный осознавать собственные действия, живет с некоторым тревожащим предчувствием (явным или подспудным) того, что любое его высказывание может предстать ремейком некогда уже кем-то сказанного. Вроде бы все вещи мира давно названы, отрефлексированы, сведены к знакам, – и эта обреченность на манипуляцию знаками загонет автора в заданное, заведомо репродукционное гетто. Как в анекдоте: поэт – Пушкин, цветок – роза, а коммуналка – конечно, Кабаков. И когда Алексей Орловский работает с некоторым житейским материалом, он одновременно работает с теми традициями и теми неизбежными отсылками (в пределах искусства), к которым сам материал адресует.
Концептуалистские расчеты на слово вместо изображения, поп-артистская повторяемость обезличенных повторами мотивов – все в каком-то смысле входит здесь в понятие исходной «натуры». Той самой «натуры», которая обретает новое благородство в процессе рукотворной метаморфозы – методом проб и ошибок, «запечатывания» отвергнутых версий, чисто тактильного контакта с предметом рефлексии. Подчас «ремесло» само по себе как бы выносится на вербальную поверхность текста: одна из шелкографских серий, – самая, кажется, «абстрактная», прочитывается как лабораторная работа с пигментами и сочетаниями, завершающаяся построением некой азбуки колористических возможностей. Художник оказывается слишком близко к творению, он почти отождествляется с ним. Мера искренности, явленная не только в сюжетном строе вещей, но и в их открытой фактуре (не утрачиваемой при печати), сугубо авторизованных жестов темперамента и труда, вновь превращая знаки в подлинные вещи. Вместо архетипа – конкретная квартира, вместо философии – чувственная достоверность проживания жизни, вместо иронической дистанции – теплота включенности в поток бытия. Косвенная речь преобразуется в прямую, сохраняя политесно положенное количество ссылок и цитат.
Алексей Орловский – современный автор, говорящий на актуальном языке о вещах вполне романтических. О том, как хочется «вспомнить все», восстановить уже несуществующее – во всех смыслах – целое. Его опыт доказывает, что такая задача не безнадежна.

Текст Галины Ельшевской.

Посмотреть ещё работы Алексея Орловского — www.behance.net/alexeyorlovsky

.
or_malchik

БИОГРАФИЯ

24.03.1963 Родился.
1981−1988 Работал в Доме Творчества «Челюскинская» мастером печатником.
1982−1988 Учился в Московском полиграфическом институте.
1990−1991 Стипендиат Союза Художников СССР.
1993 Член Московского Союза Художников.
ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ВЫСТАВКИ
1991 Галерея «Krussparcasse». Хайденхайм, Германия.
1993 Галерея «Велта». Москва.
1993 Галерея «Im griesbad». Ульм, Германия.
1994 Галерея «Велта». Москва.
1994 Галерея «Gangway». Хайденхайм, Германия.
1995 Галерея «Феникс». Москва.
1996 Галерея «Gangway». Хайденхайм, Германия.
1996 Галерея «Велта». Москва.
1997 Галерея «Феникс». Москва.
2000 Зверевский центр современного искусства. Москва.
2001 Галерея «М’арс». Москва.
2002 Галерея «Велта». Москва.
2002 Музей изобразительных искусств. Нижний Тагил, Россия.
2003 Зверевский центр современного искусства. Москва.
2004 Галерея «Манеж». Москва.
2007 M-Gallery. Харьков, Украина.
2007 Русская галерея (совместно с Екатериной Рожковой). Таллин.
2014 Галерея «Культпроект». Бумага. Высокая печать. Состояния.
Совместно с Олегом Кудряшовым и Юрием Штапаковым. Москва.

2015 «Тюменская Государственная картинная галерея».
Совместно с Алексеем Бачуриным и Константином Шоховым. Тюмень.
2015 «Филиал Государственного Ханты-Мансийскийского Художественного Музея
«Галерея-мастерская художника Г.С. Райшева»».
Совместно с Алексеем Бачуриным и Константином Шоховым.
ИЗБРАННЫЕ ВЫСТАВКИ
1986 XVII молодежная выставка. Москва.
1987 Всесоюзная молодежная выставка. Москва.
1987 I Московский аукцион. Москва.
1988 Триеннале графики. Нюрнберг, Германия.
1988 XVIII молодежная выставка. Москва.
1989 Графическая выставка «66 графиков». ЦДХ, Москва.
1989 «5+1». Мюнхен, Кельн, Бон, Аахен, Кассель. Германия.
1989 Галерея «М’арс». Москва.
1989 Графика московских художников. ЦДХ, Москва.

1990 Триеннале графики. Фрехен, Германия.
1992 «Письмо к Булгакову». ЦДХ, Москва.
1992 «4 русских художника». «Alten Kloster» Кельн, Германия.
1993 Выставка графики. ЦДХ, Москва.
1993 «Беспредметная традиция в русском искусстве». Анкара, Турция.
1994 Биеннале графики. Калининград, Россия. (II премия)
1994 «Сезоны». Оденсе, Дания.
1996 V международная биеннале станковой графики. Калининград, Россия. (Лауреат)
1998 Биеннале графики. Калининград, Россия.

1998 Биеннале графики, Прага.
1999 «Живая натура». Екатеринбург, Россия.
1999 «Урал, Тибет…». Москва.
2000 Биеннале графики. Калининград. Россия.
2001 Триеннале графики. Таллин.
2002 Биеннале графики. Калининград.
2002 «International Young Art». Artlink, Sotheby’s, Тель–Авив, Нью–Йорк, Амстердам.
2004 Еврографик. Москва. Мост интеграции европейской культуры, триеннале графики. Краков.
2007 «Нефертити. Практика себя», Проект Фабрика. Москва.
2008 «Перевод бумаги», Зверевский центр современного искусства. Москва.
2009 «Купальщицы», Зверевский центр современного искусства. Москва.
2015 Галерея «A3» «МанифестаКция художников». Москва.

ОСНОВНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ
Журнал «Творчество» №7 «Осознать себя» Алексей Орловский. 1988г.
Журнал «Творчество» №1 «5+1»
«Диалог с культурой Запада» К. Каберль.1990г.
Журнал «Столица» №1 «Остров счастья во владениях Поп-Арта»
Людмила Лунина. 1993 г.
РАБОТЫ В СОБРАНИЯХ
Государственная Третьяковская галерея;
ГММИ им. А.С. Пушкина;
Министерство культуры России;
Калининградская Государственная картинная галерея;
Екатеринбургская Государственная картинная галерея;
Курганская Государственная картинная галерея;
Нижнетагильский музей изобразительных искусств;
Тюменьская Государственная картинная галерея;
а также в частных собраниях.

Печатная графика:
1) Чай

chai
2) Серия TEACOFFEE

1

2

3

4

5

6

3) Серия Боттичелли

1 (1)

2 (1)

5 (1)

naturmort_bottichelli

4) Рождение Художника
5) Серия Гурзуф

 

Живопись:
1) Лампа
2) На ул. Кирова
3) Клубника
4) Кирова 24/102

 

Оставить комментарий